Протестные тренды. Что ждет Казахстан? *

Протестные тренды. Что ждет Казахстан?


Газета «Central Asia Monitor» опубликовала интервью политолога Нуртая Мустафаева, которое озаглавила: «Бегство из аула»: что делать с массовой миграцией сельчан в города?». В нем известный в республике эксперт критически оценил положение в этой сфере. Правда, не удержался от филиппики в адрес казахских националистов, которые, «вместо того, чтобы помочь тому же Атабеку», «разъезжают по «брюсселям» ради встреч с беглыми олигархами».

Позволим себе выделить следующие, ключевые, на наш взгляд, наблюдения Нуртая Мустафаева:

  • В стране происходит беспрецедентный с момента обретения Казахстаном независимости рост масштабов внутренней миграции.
  • Значительная часть возросшего внутреннего миграционного потока приходится на направление «село – город».
  • В 2018 году в три города республиканского подчинения (Нур-Султан, ранее Астана, Алматы и Шымкент) в общей сложности приехало 319 тысяч казахстанцев, в основном из сельской местности. За минусом выехавших, прирост их населения за счет внутренней миграции составил 91,3 тысячи человек.
  • Нерегулируемая миграция из сел в крупные города и связанные с этим проблемы начались еще до распада СССР и продолжаются в суверенном и независимом Казахстане.
  • В стране имеют место резкая поляризации населения по уровню доходов, ухудшение положения аула и его жителей, массовый исход сельчан в крупные города в поисках лучшей жизни. При этом позиция властей в отношении мигрантов изначально была агрессивно-пренебрежительной.
  • В настоящее время власти оценивают резкий рост внутренней миграции как угрозу, поэтому стали обращать на нее внимание и предпринимать определенные усилия по решению проблемы.
  • Урбанизация является глобальным трендом и неизбежностью, соответственно Казахстане не сможет ее избежать, чему кстати будут способствовать суровые природно-климатические условия.
  • Государство планирует приблизить уровень и качество жизни сельского населения к городскому и для достижения этой цели не только разработало и приняло ряд национальных программ, но и приступило к их реализации.
  • Шансов на то, что государство сможет обеспечить сельчанам уровень и качество жизни, сопоставимое с тем, что имеют горожане, нет.

Соглашаясь в основном со сказанным, хотим привлечь внимание к тому, что происходящие в Казахстане демографические процессы обязательно окажут влияние и на внутриполитические процессы. Так, массовый переток казахстанцев из сельской местности в города, в первую очередь в три крупнейших населенных пункта страны, уже привел к тому, что:

1) Вокруг Алматы, Нур-Султана, Шымкента, областных центров сформировались обширные «бидонвили», то есть жилые массивы с высокой плотностью стихийной застройки, отличающиеся отсутствием или острой нехваткой основной инфраструктуры (электричества, водопровода, канализации, вывоза мусора, администрации), необходимой для полноценной социальной жизни человека, с сильно маргинализированной социальной средой.  

2) Заметно выросла доля маргинализированного населения, не имеющего постоянной работы и источников дохода, перебивающегося случайными заработками, выплатами от государства в рамках программ социальной защиты и помощи, а также поддержкой родных и близких.

3) Реальная безработица в стране заметно выше официальных показателей, поскольку часть безработных числится «самозанятыми».

При этом возможности государства понизить ее за счет повышение квалификации и переподготовки, переселения в трудонедостаточные регионы или стимулирования создания рабочих мест, не слишком эффективны в силу того, что национальная экономика, особенно обрабатывающая промышленность и сервисные отрасли, не конкурентоспособны и поэтому не могут развиваться поступательно, соответственно заметно увеличить спрос на рабочую силу.

По нашему мнению, в Казахстане уже сформировалась устойчивая и достаточно большая прослойка населения, которая:

  • Не чувствует себя обязанной государству и политической системе от слова совсем, поскольку ее социально-экономическое положение за время с момента развала СССР и образования суверенного и независимого Казахстана заметно ухудшилось.
  • Не имеет реальных возможностей изменить свое социально-экономическое положение и, соответственно, самочувствие.  При этом существующие механизмы социальной поддержки этой категории граждан слишком слабы экономически и слишком сложны бюрократически.
  • Представляет собой «горючий» материал, который хотя и не может быть организован внешними силами и направлен в какую-либо сторону, но способен на неожиданную активность, в том числе агрессивную, в тех случаях, когда государство в конкретный момент времени и в конкретном месте окажется слабым или недееспособным.
  • Неизбежно будет увеличиваться численно в результате продолжения процесса урбанизации и, соответственно, перетока граждан из сельской местности в города.

Мы затрудняемся дать численную оценку этой прослойки, равно как и предложить терминологию для ее описания. Слово «маргинал» в данном случае, по нашему мнению, будет не только оскорбительным, но и неправильным, так как есть большая разница между теми, к кому это определение вполне применимо, и теми казахстанцами, кто оказался вынужден переехать из аулов в города и вместе с местом жительства кардинально поменять образ жизни.

Поскольку по тем же прогнозам от госструктур, уровень урбанизации в Казахстане будет постоянно расти, то каждые десять процентов такого прироста дадут порядка миллиона новых горожан. И этой массе придется не просто обустраиваться на новом месте, но и адаптироваться к новому образу жизни. Именно поэтому, по нашей оценке, то, что происходит в Казахстане вот уже третье десятилетие, с точки зрения социальных последствий мало чем отличается от массовой коллективизации в СССР. Разве что отсутствием государственного насилия и большого числа жертв.

Предсказать, насколько будет эта прослойка населения активна во внутриполитическом процессе, и если двинется, то в каком направлении (в сторону демократии и рынка или, наоборот, в национализм, религию, отрицание современности и его достижений), пока невозможно.  Но не исключено, что эти именно люди, потерявшие фактически все, «кроме своих цепей», окажутся тем не замечаемым пока ни Акордой с «Библиотекой», ни их политическими оппонентами аргументом, который сыграет ключевую роль в выборе будущего, в которое в итоге двинется Казахстан.